А мы, как поздние цветы

[MazVG]

Октябрь






Октябрь

Букетик астр в стеклянной вазе

Осветит хмурый день не солнце,
берёза - язычками свеч,
ветрам с утра уже неймётся
стряхнуть листву с кленовых плеч.

Дубы, мерцая старой бронзой,
прозрачность сторожат аллей,
на разговор потянет слёзный -
и укори, и пожалей.

Рябины гроздь на голой ветке
и окна цвета янтаря
дожди рисуют на виньетке
в открытой книге октября.

Букетик астр в стеклянной вазе
хранит тепло любимых рук...
и ты не верь избитой фразе,
что жёлтый - это цвет разлук.


С тобой напишем после запятой

В листве берёзы больше желтизны,
в осенних днях немного новизны,
дожди с утра вечерний сумрак ткут
и цену поднимают на уют.

Поплачься, только в память не неси
больной румянец на щеках осин,
свои печали, голой ветки дрожь,
цветок увядший и чужую ложь.

Когда грустишь со мной поговори,
как капли солнца цедят фонари
и как красив на вид со всех сторон,
отлитый октябрём из бронзы клён.

Дорожки стелет палая листва,
со временем всё станет на места...
с тобой напишем после запятой -
не осень жизни, возраст золотой.



Трепещет рыбкой золотой листочек в неводе ветвей

Дожди с собой октябрь принёс,
распутал серые мотки,
а из одежды у берёз -
одни ажурные платки.

Чернеют клёны - не беда
и не предчувствие конца,
и у рябин не от стыда
горит румянец в пол-лица.

И выпал жребий голубям -
в ненастье мерить окоём,
любить без памяти тебя -
одно желание моё.

Нам год оставил непростой
по две морщинки у бровей...
трепещет рыбкой золотой
листочек в неводе ветвей.



Рябины горькие уста - медовые к зиме

Ругнём - веками повелось -
дожди и суету,
берёза золотом волос
прикрыла наготу.

И пусть у нас настрой плохой,
и пусть пейзаж уныл,
в ночи над худенькой ольхой
сияет нимб луны.

Извечный осени обряд -
былое ворошить,
забрали ветры октября
у тополя гроши.

Шепнёшь, что просто подустал,
не всё держи в уме...
рябины горькие уста -
медовые к зиме.



И душу открывает лес, омытую дождём

Торопит жизнь - скорей, скорей,
не знаешь, что обрёл,
мерцает в свете фонарей
берёзы ореол.

Что были чувства не в ладу,
получено сполна,
последним яблоком в саду -
созревшая луна.

Листвы цветную простыню
для снега стелет ночь,
ни в чём я осень не виню,
и ты не опорочь.

И мудрость сердца - не чудес,
а слов и ласки ждём...
и душу открывает лес,
омытую дождём.



Берёзы золотом оброк приносят октябрю

Грустить - ненастный день обрёк,
но осень не корю,
берёзы золотом оброк
приносят октябрю.

И у души такой настрой -
за птицами лететь,
и ветры в рощице пустой
с осин взимают медь.

Былое с миром отпусти,
забудь и не жалей,
порвали косяки листвы
тугую сеть дождей.

Черта зимы проведена -
прозрачный тихий лес...
и что - морщинки, седина,
когда во взгляде блеск.



Уходит пора золотая

Уходит пора золотая,
поплачься, себя пожалей,
берёза обноски латает
цыганской иголкой дождей.

А клёны не прячут нагие
узлы выступающих вен,
и мучает нас ностальгия,
и просит душа перемен.

Ты рядом, к чему торопиться
с утра в суматоху недель,
зонты, словно чёрные птицы,
куда-то уносят людей.

С намокшей травы не поднимешь
осины цветастый платок...
что там - за туманами - финиш,
а может быть, новый виток?



Омыта прозрачность берёз

На окнах вода дождевая,
не знаешь, куда себя деть,
а осень, свой век доживая,
считает кленовую медь.

Оставит утиная стая
морщинку на глади пруда,
вздохнёшь, что неделя пустая
исчезла с души без следа.

Далёкое видится лучше -
омыта прозрачность берёз,
и память напрасно не мучай -
кто первый печали принёс.

Рука твоя ищет опору,
тепло - от ладони в ладонь...
слезливую грустную пору
сжигает осины огонь.


Нас осень обманула фальшивой позолотой

Болезненным румянцем
листва осин зарделась,
над жизнью посмеяться -
наверно, это зрелость.

Согласен или против,
а суть расхожих истин -
мелькнём в круговороте
времён, как эти листья.

Берёзам очень страшно
перед дождём раздеться,
и тянут в день вчерашний
воспоминанья сердца.

У памяти отгула
зря клянчить грустной нотой...
нас осень обманула
фальшивой позолотой.



Осины красятся румянами

К утру измученный бессонницей
вздохнёшь - не тех, наверно, ждал,
трепещет бабочкой-лимонницей
листочек на игле дождя.

Осины красятся румянами,
а тучи набирают вес,
притих укутанный туманами
простуженный осенний лес.

От свиста ветра лужа морщится,
а ты всё предаёшь суду,
и желтизной больная рощица
неделю мечется в бреду.

Кленовый лист ладонью скрюченной
взъерошил волосы куста...
и кем-то осени поручено
всё ставить на свои места.



Кружится багряный лист пером непойманных жар-птиц

Берёза белизну бедра
прикрыла золотом волос,
а осень, как всегда, мудра -
не всё навечно и всерьёз.

Разложишь в уголках души
надежды, даты, имена,
а ветер листья ворошит,
весны читая письмена.

Меня с ушедшими роднят
воспоминанья прежних лет,
и освещает сумрак дня
костром осенний бересклет.

А дождь за окнами речист,
ты прячешь грусть в тени ресниц...
и кружится багряный лист
пером непойманных жар-птиц.



Багряным сердцем бьётся осиновый листок

Багряным сердцем бьётся
осиновый листок,
сосна целует солнце
в оранжевый висок.

Тепло в душе от мысли,
что я в тебя влюблён,
пылают жаром листья -
обжёг ладони клён.

С берёзой в тихой роще
давным-давно знаком,
поманит жизнь хорошим -
пойдёшь и босиком.

Что многое нам поздно -
дождя ночного бред...
а осень льёт из бронзы
листву и память лет.


А мы, как поздние цветы

У зеркала притихла ты -
морщинки и седая прядь,
а мы, как поздние цветы,
не верим - время увядать.

А в памяти ночной грозы
весенний день и майский гром,
какая осень без слезы,
без сожалений о былом.

И будь ты грешник, будь святой,
за птичьей стаей не взлететь...
и дождь серебряной метлой
метёт берёзовую медь.